Лидия Алексеевна Авилова
3 (15) июня 1864 года, имение Клекотки, Епифанский уезд, Тульская губерния –
27 сентября (по другим сведениям – 23) 1943 года, Москва
3 (15) июня 1864 года, имение Клекотки, Епифанский уезд, Тульская губерния –
27 сентября (по другим сведениям – 23) 1943 года, Москва
«Вся бледная, с белыми волосами, с блестящими глазами… Молодая девушка с розами на щеках… Я любил с ней разговаривать как с редкой женщиной, в ней было много юмора даже над самой собой, суждения ее были умны, в людях она разбиралась хорошо. И при всем этом она была очень застенчива, легко растеривалась, краснела…»
Иван Алексеевич Бунин
Русская писательница и мемуаристка Лидия Алексеевна Авилова (урожд. Страхова) родилась в небогатой дворянской семье. В 1882 г. окончила гимназию в г. Москве. В 1887 г. вышла замуж и переехала из Москвы в Петербург, где началась ее литературная деятельность. В доме редактора и издателя "Петербургской газеты" С.Н. Худекова, мужа сестры, познакомилась со многими известными литераторами. С 1890 г. рассказы писательницы публикуются в петербургских газетах и журґналах. В 1896 г. выходит первый сборник Л.А. Авиловой "Счастливец и другие рассказы". В 1898 г. в журнале "Русское богатство" публикуется первая повесть Л.А. Авиловой "Наследники", затем и другие повести. В 1906 г. она переехала с семьей в Москву, где выходят ее новые книги "Власть и другие рассказы" (1906), "Сын. Рассказ" (1910), "Первое горе и другие рассказы" (1913), "Образ человеческий" (1914), "Пышная жизнь. Камардин" (1918).
В 1922 г. Авилова выехала в Чехословакию к больной дочери, там, в атмосфере русской эмиграции, она осознала до глубины души свою любовь к родине и писала в одном из писем: что "если бы не было России, то не было бы и меня". В 1924 г. она вернулась в Россию.
В 1922 г. Авилова выехала в Чехословакию к больной дочери, там, в атмосфере русской эмиграции, она осознала до глубины души свою любовь к родине и писала в одном из писем: что "если бы не было России, то не было бы и меня". В 1924 г. она вернулась в Россию.
Последняя и наиболее известная литературная работа Авиловой – воспоминания "А.П. Чехов в моей жизни" (первоначально - "Роман моей жизни"), где рассказывается о встречах и переписке с А.П. Чеховым. Воспоминания вызвали известные споры: одни поддержали доводы писательницы, другие сочли их слишком субъективными.
"Роман, о котором никогда никто не знал, хотя он длился целых десять лет".
Женская судьба
В двадцать лет она стала невестой. Казалось, все складывалось замечательно, но жениху она в конце концов отказала: богатый военный, он не хотел учиться, медлил с поступлением в университет… Спустя тридцать семь лет он разыскал ее, чтобы признаться: он всегда любил ее одну. А она всю свою жизнь вспоминала о том времени как о самом счастливом…
В 1887 году она вышла замуж за служащего Департамента народного просвещения М. Ф. Авилова и переехала из Москвы в Петербург.
В 1887 году она вышла замуж за служащего Департамента народного просвещения М. Ф. Авилова и переехала из Москвы в Петербург.
Выходя замуж, она, по ее собственному признанию, не любила будущего мужа, даже побаивалась его, хотя и высоко ценила. Он же обладал скептическим и насмешливым характером, который в полной мере продемонстрировал уже в первые месяцы семейной жизни. Литературные опыты жены считал пустяками и боялся, что они отвлекут ее от священных обязанностей жены и матери.
Первый свой сборник Лидия Алексеевна издала, взяв деньги в кредит, и он имел успех. Перед изданием новой книги рискнула обратиться за помощью к супругу. Тот дать хоть что-то отказался. Хватало с его стороны и ревности, и мелочных придирок.
Первый свой сборник Лидия Алексеевна издала, взяв деньги в кредит, и он имел успех. Перед изданием новой книги рискнула обратиться за помощью к супругу. Тот дать хоть что-то отказался. Хватало с его стороны и ревности, и мелочных придирок.
Краткие сведения о жизни
Авилова познакомилась с А.П. Чеховым в 1889 г., с 1892 г. вела с ним переписку, посылала на отзыв свои рукописи и книги. А.П. Чехов высоко ценил литературные способности Авиловой, содействовал в публикации ее произведений, давал ей советы и указания по улучшению стиля и композиции, отмечал излишнюю сентиментальность.
Л.А. Авилова была знакома также с Л.Н. Толстым, М. Горьким, И.А. Буниным и другими писателями. Ее рассказ "Первое горе" Толстой включил в "Круг чтения". Ее книги печатались в издательстве "Посредник".
В 1914 г. Авилова была принята в члены Общества любителей российской словесности, в 1918 г. стала членом Всероссийского союза писателей, в 1929 г. избирается почетным членом Общества А.П. Чехова и его эпохи.
Скончалась писательница 27 сентября 1943 г. в Москве. Ее могила затерялась на Ваганьковском кладбище.
Л.А. Авилова была знакома также с Л.Н. Толстым, М. Горьким, И.А. Буниным и другими писателями. Ее рассказ "Первое горе" Толстой включил в "Круг чтения". Ее книги печатались в издательстве "Посредник".
В 1914 г. Авилова была принята в члены Общества любителей российской словесности, в 1918 г. стала членом Всероссийского союза писателей, в 1929 г. избирается почетным членом Общества А.П. Чехова и его эпохи.
Скончалась писательница 27 сентября 1943 г. в Москве. Ее могила затерялась на Ваганьковском кладбище.
- Расскажи мне что-нибудь, - попросил Чехов. - Расскажи про себя. Расскажи свой роман.
- Какой роман? Это ты пишешь романы, а не я.
- Не написанный, а пережитый. Ведь любила ты кого-нибудь?
- Не знаю.
Двигалась мимо нас, шуршала и шумела толпа. Не обычная, нарядная толпа, а какая-то сказочная или кошмарная. Вместо женских лиц - черные или цветные маски с узкими прорезами для глаз. То здесь, то там высовывались звериные морды из-под поднятых капюшонов мужских домино, ярко блестели пластроны фрачных сорочек. И над всем этим гремел непрерывно оркестр пьянящими вальсами, страстными ариями. Голова у меня слегка кружилась, нервы были напряжены, сердце то замирало, то билось усиленно. Вероятно, выпитое шампанское не прошло даром. Я прислонилась плечом к плечу Антона Павловича и близко глядела ему в лицо.
- Я тебя любила, - сказала я ему. - Тебя, тебя...
- Ты интригуешь, маска, - сказал он. - И ты противоречишь себе: ты только что сказала "не знаю".
- Нет, это не противоречие. Может быть, это была и не любовь, но, кажется, не было ни одного часа, когда я не думала бы о тебе. А когда я видела тебя, я не могла наглядеться. Это было такое счастье, что его трудно было выносить. Ты не веришь мне? Дорогой мой! ненаглядный!
( "А. П. Чехов в моей жизни", IX)
- Какой роман? Это ты пишешь романы, а не я.
- Не написанный, а пережитый. Ведь любила ты кого-нибудь?
- Не знаю.
Двигалась мимо нас, шуршала и шумела толпа. Не обычная, нарядная толпа, а какая-то сказочная или кошмарная. Вместо женских лиц - черные или цветные маски с узкими прорезами для глаз. То здесь, то там высовывались звериные морды из-под поднятых капюшонов мужских домино, ярко блестели пластроны фрачных сорочек. И над всем этим гремел непрерывно оркестр пьянящими вальсами, страстными ариями. Голова у меня слегка кружилась, нервы были напряжены, сердце то замирало, то билось усиленно. Вероятно, выпитое шампанское не прошло даром. Я прислонилась плечом к плечу Антона Павловича и близко глядела ему в лицо.
- Я тебя любила, - сказала я ему. - Тебя, тебя...
- Ты интригуешь, маска, - сказал он. - И ты противоречишь себе: ты только что сказала "не знаю".
- Нет, это не противоречие. Может быть, это была и не любовь, но, кажется, не было ни одного часа, когда я не думала бы о тебе. А когда я видела тебя, я не могла наглядеться. Это было такое счастье, что его трудно было выносить. Ты не веришь мне? Дорогой мой! ненаглядный!
( "А. П. Чехов в моей жизни", IX)
С Антоном Павловичем Чеховым Аврилова познакомилась в Петербурге, куда писатель приезжал на премьеру своего «Иванова». Встреча состоялась в доме издателя «Петербургской газеты» Худекова, женатого на сестре Авиловой. Сестра написала записочку "Приходи сейчас же, непременно, у нас Чехов". Проговорили они недолго: дома Лидию Алексеевну ждали муж и девятимесячный сын. Следующая их встреча состоялась через три года (к тому времени она была матерью уже троих детей) на вечере, посвященном 25-летию «Петербургской газеты».
Какой-то услужливый приятель рассказал Мише, что в вечер юбилея Антон Павлович кутил со своей компанией в ресторане, был пьян и говорил, что решил во что бы то ни стало увезти меня, добиться развода, жениться. Его будто бы очень одобряли, обещали ему всякую помощь и чуть ли не качали от восторга. Миша был вне себя от возмущения. Он наговорил мне столько обидного и грубого, что в другой раз я бы этого не стерпела. Но в настоящем случае казалось мне, что он прав. О, какое это было крушение! Почти невероятно, что из-за Чехова я попала в грязную историю. Но как же не верить? В сущности, я так мало знала Антона Павловича. Я считала его близким, симпатичным, благородным. Вся душа моя тянулась к нему, а он, пьяный, выставил меня на позор и на посмешище.
- Ты кинулась ему на шею, психопатка! - кричал Миша, - завязала любовную интрижку под предлогом любви к литературе. Ты носишь мое имя, а это имя еще никогда по кабакам не трепали. Он хочет увезти тебя, а знаешь ли ты, сколько у него любовниц? Пьяница! бабник!
( "А. П. Чехов в моей жизни", III)
- Ты кинулась ему на шею, психопатка! - кричал Миша, - завязала любовную интрижку под предлогом любви к литературе. Ты носишь мое имя, а это имя еще никогда по кабакам не трепали. Он хочет увезти тебя, а знаешь ли ты, сколько у него любовниц? Пьяница! бабник!
( "А. П. Чехов в моей жизни", III)
В феврале 1895 года произошла их следующая встреча. Интрига, предшествовавшая ей, вполне могла послужить основой для чеховского рассказа. Лидия Алексеевна пригласила Антона Павловича к себе, надеясь, что они смогут наконец-то посидеть и спокойно обо всем поговорить. Но неожиданно нагрянули какие-то беспардонные гости и в один присест уничтожили заботливо приготовленный совсем не для них ужин. Так что, когда приехал Антон Павлович, уже ничего не осталось ни от ужина, ни от предпраздничного настроения хозяйки дома. Это не могло ускользнуть от внимательного взгляда Чехова, и он вскоре стал прощаться:
" - Вам надо лечь спать, - сказал Чехов, - вас утомили гости. Вы сегодня не такая, как раньше. Вид у вас равнодушный и ленивый, и вы рады будете, когда я уйду. Да, раньше... помните ли вы наши первые встречи? Да и знаете ли вы?.. Знаете, что я был серьезно увлечен вами? Это было серьезно. Я любил вас. Мне казалось, что нет другой женщины на свете, которую я мог бы так любить. Вы были красивы и трогательны, и в вашей молодости было столько свежести и яркой прелести. Я вас любил и думал только о вас. И когда я увидел вас после долгой разлуки, мне казалось, что вы еще похорошели и что вы другая, новая, что опять вас надо узнавать и любить еще больше, по-новому. И что еще тяжелее расстаться..."
А на другой день посыльный доставил ей сборник рассказов Чехова с коротенькой официальной надписью «Л. А. Авиловой от автора». Было еще и письмо – отнюдь не любовное, но вежливое и доброжелательное. Речь в нем шла о рукописях Лидии Алексеевны. Натура романтичная и эмоциональная, Авилова заказала у ювелира брелок в форме книги, на одной стороне которого было написано: «Повести рассказы. Соч. Ан. Чехова», а на другой: «Стран. 267, стр. 6 и 7». Подарок доставили Чехову, и он, пользуясь указанной шпаргалкой, нашел в книге предназначенное ему послание:
«Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми ее».
" - Вам надо лечь спать, - сказал Чехов, - вас утомили гости. Вы сегодня не такая, как раньше. Вид у вас равнодушный и ленивый, и вы рады будете, когда я уйду. Да, раньше... помните ли вы наши первые встречи? Да и знаете ли вы?.. Знаете, что я был серьезно увлечен вами? Это было серьезно. Я любил вас. Мне казалось, что нет другой женщины на свете, которую я мог бы так любить. Вы были красивы и трогательны, и в вашей молодости было столько свежести и яркой прелести. Я вас любил и думал только о вас. И когда я увидел вас после долгой разлуки, мне казалось, что вы еще похорошели и что вы другая, новая, что опять вас надо узнавать и любить еще больше, по-новому. И что еще тяжелее расстаться..."
А на другой день посыльный доставил ей сборник рассказов Чехова с коротенькой официальной надписью «Л. А. Авиловой от автора». Было еще и письмо – отнюдь не любовное, но вежливое и доброжелательное. Речь в нем шла о рукописях Лидии Алексеевны. Натура романтичная и эмоциональная, Авилова заказала у ювелира брелок в форме книги, на одной стороне которого было написано: «Повести рассказы. Соч. Ан. Чехова», а на другой: «Стран. 267, стр. 6 и 7». Подарок доставили Чехову, и он, пользуясь указанной шпаргалкой, нашел в книге предназначенное ему послание:
«Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми ее».
К чему была цитата из 9 главы "А. П. Чехова в моей жизни"?
Еще через год они случайно встретились на маскараде, куда Лидия нехотя поехала по просьбе скучающего брата. И вдруг среди разряженной шумной толпы увидела Антона Павловича. Лидия Алексеевна была в маске, и Чехов, повинуясь настроению момента, сделал вид, что не узнал ее. Антон Павлович попросил ее быть предельно внимательной на премьере «Чайки»… В своих воспоминаниях Лидия Алексеевна подробно делится впечатлениями о премьере, об обстановке в театре, о том, что она пережила, когда в начале третьего действия Нина протянула Тригорину медальон, на котором значилось название его книги и номера страницы и строк, чтобы можно было прочитать предназначавшееся ему послание.
Было еще несколько случайных встреч, письма до востребования, чтобы не узнал муж. Впрочем, скрывать-то Лидии Алексеевне по большому счету было и нечего… Однажды по семейным делам она отправилась в Москву, и Антон Павлович назначил ей встречу. Но не пришел… Ничего не понимающая Лидия Алексеевна обиделась. Вскоре все разъяснилось: оказывается, больной Чехов попал в клинику. К нему никого не пускали, но для Авиловой сделали исключение: Чехов настоял. Писателю не разрешали говорить, и их короткие встречи проходили в трепетном молчании. Чуть ли не знаками он умолял Лидию Алексеевну остаться еще хотя бы на денек, но она отказалась – муж требовал ее возвращения. Их переписка продолжалась. Она прислала Антону Павловичу вырезки газет со своими рассказами.
Было еще несколько случайных встреч, письма до востребования, чтобы не узнал муж. Впрочем, скрывать-то Лидии Алексеевне по большому счету было и нечего… Однажды по семейным делам она отправилась в Москву, и Антон Павлович назначил ей встречу. Но не пришел… Ничего не понимающая Лидия Алексеевна обиделась. Вскоре все разъяснилось: оказывается, больной Чехов попал в клинику. К нему никого не пускали, но для Авиловой сделали исключение: Чехов настоял. Писателю не разрешали говорить, и их короткие встречи проходили в трепетном молчании. Чуть ли не знаками он умолял Лидию Алексеевну остаться еще хотя бы на денек, но она отказалась – муж требовал ее возвращения. Их переписка продолжалась. Она прислала Антону Павловичу вырезки газет со своими рассказами.
"О любви". Причем здесь пчёлы?
В 1898 году Чехов сообщил Лидии, что в журнале «Русская мысль» должна выйти его новая вещь. Она догадалась, что он неспроста написал ей об этом. Новый рассказ назывался «О любви»: долгие годы мужчина любит женщину, к тому же является лучшим другом ее семьи. Боясь разрушить счастье этой самой семьи, он держит свою любовь при себе, ничем не выдавая ее. Женщина ведет себя примерно так же. И только при расставании навсегда, уже на вокзале, они бросаются в объятия друг другу и… расстаются. А потом он осознает, «что когда любишь, то в своих рассуждениях об этой любви надо исходить от высшего, от более важного, чем счастье или несчастье, грех или добродетель в их ходячем смысле, или не нужно рассуждать вовсе». В рассказе было сохранено даже отчество Авиловой – героиню звали Анной Алексеевной. У этой «молодой, красивой, умной женщины» немолодой неинтересный муж и дети. Лидия читала эти строки сквозь слезы. Она узнала себя в героине и в сердцах отправила ему резкое письмо:
«Писатель, как пчела, берет мед откуда придется…»
«Писатель, как пчела, берет мед откуда придется…»
Лидия Алексеевна поздравила Чехова в письме, когда узнала о его женитьбе. Однажды Лидия Алексеевна вместе с детьми была проездом в Москве, и Чехов пришел на вокзал. Он попросил ее задержаться на день, чтобы вместе с ним посмотреть «Чайку». Авилова отказалась. Это была их последняя встреча.
"Но мы прощаемся не навсегда, - старалась я внушить самой себе. - Возможно, что он даже приедет ко мне или к Сергею Николаевичу".
Я не видела, как Антон Павлович простился с детьми, но со мной он не простился вовсе и вышел в коридор. Я вышла за ним. Он вдруг обернулся и взглянул на меня строго, холодно, почти сердито.
- Даже если заболеете, не приеду, - сказал он. - Я хороший врач, но я потребовал бы очень дорого... Вам не по средствам. Значит, не увидимся.
Он быстро пожал мою руку и вышел.
( "А. П. Чехов в моей жизни", XVII)
Я не видела, как Антон Павлович простился с детьми, но со мной он не простился вовсе и вышел в коридор. Я вышла за ним. Он вдруг обернулся и взглянул на меня строго, холодно, почти сердито.
- Даже если заболеете, не приеду, - сказал он. - Я хороший врач, но я потребовал бы очень дорого... Вам не по средствам. Значит, не увидимся.
Он быстро пожал мою руку и вышел.
( "А. П. Чехов в моей жизни", XVII)
Воспоминания Лидии Авиловой, впервые изданные с сокращениями в Москве в 1947 году и опубликованные отдельно в 1950 году в Англии и США, вызвали противоречивую реакцию среди современников, знакомых с Чеховым и самой Авиловой. Мария Павловна Чехова, хотя и высоко оценила их литературные достоинства, отметила, что в изложении чувств Антона Павловича к Авиловой у неё часто проявляется излишняя субъективность. Иван Алексеевич Бунин, напротив, отнёсся к книге с полным доверием, написав, что для него она стала открытием.
Творчество Лидии Авиловой сосредоточено на глубоком исследовании внутреннего мира женщины, что является одной из центральных тем её малой прозы. Писательница уделяла значительное внимание переживаниям и размышлениям своих героинь, раскрывая их сложные эмоциональные состояния. Она мастерски изображала конфликт между личными стремлениями и социальными ожиданиями, которые часто навязывались женщинам в конце XIX века. Героини произведений Авиловой нередко сталкиваются с дилеммами, связанными с браком, самореализацией и поиском собственного места в обществе.
Стилистические особенности малой прозы Авиловой характеризуются лаконичностью формы и мастерским использованием подтекста. Она умело применяла символику для раскрытия психологической глубины своих персонажей и ситуаций, избегая излишней детализации.
Лидия Авилова демонстрировала мастерство в создании психологических портретов персонажей. Она использовала технику косвенной характеристики, раскрывая внутренний мир героев через их поступки и диалоги.
Лидия Авилова демонстрировала мастерство в создании психологических портретов персонажей. Она использовала технику косвенной характеристики, раскрывая внутренний мир героев через их поступки и диалоги.
Этот метод позволял избегать прямых авторских оценок, давая читателю возможность самостоятельно интерпретировать мотивы поведения. В результате персонажи приобретали жизненную достоверность и глубину. Писательница тонко передавала нюансы эмоциональных состояний через внешние проявления. Например, в рассказах жесты и мимика персонажей служили индикаторами их скрытых переживаний. Такой подход создавал эффект присутствия и усиливал сопереживание читателя. Авилова избегала пространных внутренних монологов, предпочитая показывать психологию через действие.
Лидия Авилова внесла значительный вклад в развитие женской прозы XIX века через углублённый психологизм своих произведений. Её тексты отличаются вниманием к внутреннему миру героинь, чьи переживания часто обусловлены социальными ограничениями эпохи. Автор мастерски изображала конфликт между личными устремлениями женщин и общественными нормами. Этот подход позволил создать многогранные женские образы, отражающие сложность человеческой природы. Психологический анализ у Авиловой сосредоточен на исследовании мотиваций и эмоциональных состояний персонажей. Особое значение писательница придавала изображению повседневных переживаний обычных женщин, что расширяло тематические границы литературы. Такая концентрация на субъективном опыте способствовала формированию новых способов репрезентации женского сознания. В результате творчество Авиловой стало важным звеном в эволюции психологической прозы.
Новаторство Авиловой в рамках реалистического направления проявлялось в сочетании детализированного бытописания с глубоким проникновением в эмоциональную сферу персонажей. Писательница искусно использовала предметные детали для раскрытия внутреннего состояния героев. Этот метод позволял создавать объёмные характеры, функционирующие в конкретных социальных условиях. Таким образом, её произведения обогатили русский реализм новыми изобразительными средствами.
Забвение, постигшее наследие Авиловой в XX веке, объясняется совокупностью факторов, среди которых ключевую роль сыграли гендерные предубеждения и трансформация литературных парадигм. Однако современные исследовательские практики активно способствуют реабилитации её творчества, возвращая его в научный и культурный дискурс. Это позволяет исправить историческую несправедливость и восстановить объективную картину литературного процесса прошлого. В контексте современных дискуссий о гендерном равенстве и пересмотре классического канона творчество Авиловой обретает особую актуальность. Возвращение её произведений в культурный оборот способствует более полному и многогранному пониманию русской прозы XIX века.
Новаторство Авиловой в рамках реалистического направления проявлялось в сочетании детализированного бытописания с глубоким проникновением в эмоциональную сферу персонажей. Писательница искусно использовала предметные детали для раскрытия внутреннего состояния героев. Этот метод позволял создавать объёмные характеры, функционирующие в конкретных социальных условиях. Таким образом, её произведения обогатили русский реализм новыми изобразительными средствами.
Забвение, постигшее наследие Авиловой в XX веке, объясняется совокупностью факторов, среди которых ключевую роль сыграли гендерные предубеждения и трансформация литературных парадигм. Однако современные исследовательские практики активно способствуют реабилитации её творчества, возвращая его в научный и культурный дискурс. Это позволяет исправить историческую несправедливость и восстановить объективную картину литературного процесса прошлого. В контексте современных дискуссий о гендерном равенстве и пересмотре классического канона творчество Авиловой обретает особую актуальность. Возвращение её произведений в культурный оборот способствует более полному и многогранному пониманию русской прозы XIX века.
«Авилова хорошие темы находит>>; <<Она выбирает старые нравственные темы и пишет на них. Пишет умственно-сухо».
(с) Л. Н. Толстой
(с) Л. Н. Толстой
Работу выполнила
Заколюжная Дарья
гр. 23809
Заколюжная Дарья
гр. 23809
